11 ноября, 2021, 13:59
Обновлено 11:57

«Учение — свет, а онлайн-обучение — тьма»: к чему приведёт дистанционное образование в России

Татьяна Каменева
Татьяна Каменева
«Учение — свет,  а онлайн-обучение — тьма»: к чему приведёт дистанционное образование в России
© gov.spb.ru
«Учение — свет,  а онлайн-обучение — тьма»: к чему приведёт дистанционное образование в России
© gov.spb.ru

Сегодня российская система образования сталкивается с необходимостью внедрения ряда организационных и технологических изменений, касающихся перевода учебных заведений на дистанционный режим работы. По словам экспертов, вынужденный экстренный переход на онлайн-обучение лишь ускорил развитие уже имевшихся тенденций.

Согласно Концепции создания и развития единой системы дистанционного образования в России, дистанционное образование — это  комплекс образовательных услуг, предоставляемых широким слоям населения в стране и за рубежом с помощью специализированной информационно-образовательной среды, базирующейся на средствах обмена учебной информацией на расстоянии.

Дистанционное обучение открывает для школы новые перспективы, а также способствует повышению роли самостоятельных образовательных усилий ученика, предлагая ему более гибкие возможности в выборе учебных материалов и организации своего времени для комфортного обучения. Так, если в традиционном формате обучения школьник стеснен чётким расписанием и выбором предложенных заданий, то в онлайн-обучении он может варьировать очерёдность их выполнения, учитывая свое самочувствие и настроение.

Подобная модель призвана положительно повлиять как на самого ребенка, так и на его отношение к учебе и, как следствие, на получение более высоких образовательных результатов.  

Но, это в теории. Как показала практика, изменение формата обучения стало настоящим вызовом для всех участников сложившейся традиционной системы школьного образования. 

Во-первых, размывание границ между школой и семьей в абсолютном большинстве случаев значительно усложнило обучение, поскольку весь образовательный онлайн-процесс осуществляется непосредственно в домашней обстановке, которая по объективным причинам не всегда должным образом способствует проведению дистанционных уроков. В новых обстоятельствах эффективность получения ребёнком знаний напрямую зависит от добросовестности и ответственности родителей: они обязаны выступать в роли образовательных менеджеров, тьюторов, а порой и психологов. Ведь теперь им предстоит справляться с нежеланием ребенка учиться, его плохим настроением, манипуляциями, неумением сосредоточиться и т. д. 

Неготовность детей к самоорганизации и самостоятельному обучению, объяснимая возрастными особенностями их развития, становится причиной того, что на дистанционке родители зачастую вынуждены сидеть над ребенком не только при выполнении домашних заданий, но и во время «классной работы». Вопрос в том, насколько это реально для работающих пап и мам? А если они тоже работают дистанционно? А если детей, например, двое и уроки обоих проводятся одновременно?

Очевидно, что всё это предполагает не просто активную вовлечённость родителей, но и существенные затраты временных и финансовых ресурсов. В связи с этим, специалисты отмечают, что дистанционное образование приводит к расширению масштабов неравенства в образовании, нанося ещё больший ущерб детям из социально уязвимых групп населения. 

Плюс ко всему, на качестве образования в дистанционном формате сказывается нехватка у детей собственных компьютеров и мобильных устройств, а также инфраструктурные проблемы, связанные с доступностью высокоскоростного интернета. 

В то же время, как показывают исследования, даже при наличии равного доступа к цифровым образовательным ресурсам, а также одинаково развитых навыков использования современных информационно-коммуникативных технологий, школьники из семей с большим объемом социального и культурного капитала используют их более эффективно, тогда как школьники с ограниченным социокультурным капиталом решают стоящую перед ними задачу в минимальном объеме, не пытаясь задействовать более широкий, хотя и формально доступный им, контекст.

Формирование детского учебного опыта в условиях онлайн-среды существенно снижает качество усвоения информации. Прежде всего, страдает внимание ребёнка, так как в процессе онлайн-обучения возникает «эффект стекла», как будто учитель находится за стеклом в другой комнате. Кроме того, нередко во время дистанционного урока ученики параллельно включают другие гаджеты, что также мешает восприятию транслируемой информации.

Известный семейный психолог Людмила Петрановская объясняет сложности дистанционного обучения “форматом говорящей головы”, слушать которую часами чрезвычайно сложно. Кроме того, в ситуации, когда вместо живых одноклассников ребёнок видит на экране безмолвные аватарки, его ощущение принадлежности к группе теряется, а вместе с ней и мотивация к учёбе. Возникает ощущение бессмысленности происходящего, что  не может не отразиться на успеваемости.

Учителей тревожит падение эффективности уроков и они, в свою очередь, пытаются “нагнать” успеваемость, задавая всё большие объёмы домашних заданий. В итоге суммарное время, проведённое школьниками за компьютером, превышает все существующие нормы школьных СанПиНов. Поэтому, вдогонку просиживание за монитором по 6 и более часов в день вызывает у детей ожирение, ухудшение зрения, а также проблемы с  опорно-двигательным аппаратом. В целом же, в условиях дистанционки возможности учителей по вовлечению учеников в процесс обучения, отслеживанию отклика, а также контроля за выполнением заданий и усвоением учебного материала технически ограничены. 

Не в пользу онлайн-обучения свидетельствует и тот факт, что отсутствие достаточного количества «живых» межличностных и групповых коммуникаций выливается в дальнейшем в невозможность построения здоровых социальных взаимоотношений, в частности, в вузах и на работе. В данном контексте стоит упомянуть исследования антрополога и эволюционного психолога из Оксфордского университета Роберта Данбара, которые доказывают взаимосвязь интеллектуального развития ребёнка с разнообразием его социальных контактов. Дело в том, что дефолт-система мозга, отвечающая за способность человека мыслить, эволюционно формируется в рамках реальных коммуникаций. Поэтому, особенно губительно недостаток “живого” общения сказывается на детях, чей мозг интенсивно формируется и развивается. 

Существуют также исследования британского учёного и биолога Арика Сигмана, доказывающие корреляцию между увеличением экранного времени и снижением интеллектуальной функции мозга. Сигман настоятельно рекомендует родителям строго ограничивать взаимодействие детей с компьютерами и гаджетами.

Переводя школьников на дистанционное обучение, важно осознавать, что формирование современных детей и без того в значительной мере происходит в виртуальном измерении (соцсети, компьютерные игры, YouTube и т.п.), которое не только не дает полноценной адаптации к миру реальному, но и существенно тормозит психоэмоциональное развитие ребенка. Для абсолютного большинства современных детей точкой отсчета становится именно цифровая реальность – окружающую действительность они воспринимают периферийным зрением, словно отвлекаясь на неё от процесса поглощения примитивного контента из гаджетов. В результате такого дисбаланса у школьников достаточно часто отмечаются низкие коммуникативные способности, замкнутость, синдром дефицита внимания и гиперактивности, снижение эмоциональной стойкости и уровня эмпатии, раздражительность и агрессия, которые впоследствии становятся горьким «наследством» уже во взрослой жизни. 

Более категоричные исследователи говорят в этой связи об эпидемии цифрового аутизма и цифрового слабоумия среди представителей цифрового поколения, признаками которых являются поверхностное мышление, ущербные навыки социальной коммуникации, отсутствие мотивации, а также общее снижение интеллектуальных функций. Такие выводы подробно аргументируются в работах директора психиатрического госпиталя при университете в г. Ульм (Германия), основателя Центра нейронаук и обучения, психиатра и нейрофизиолога Манфреда Шпитцера, профессора когнитивных нейронаук Каролинского института в Стокгольме Торкеля Клингберга, а также психотерапевта, президента Высшей школы методологии и основателя интеллектуального кластера «Игры разума» Андрея Курпатова.

Учёные приходят к выводу, что сегодня компьютеры, смартфоны и цифровые медиа всё в большей мере выполняют за нас то, что мы делали раньше с помощью своего мозга. И в этом заключается огромная опасность: помимо возникновения цифровой зависимости у людей ослабевает память, снижается способность к обучению, безвозвратно утрачиваются навыки мышления и способность к критической оценке фактов.

К слову, как известно, сами разработчики IT-технологий выбирают для своих детей традиционные методы обучения и строго регламентируют их экранное время. Так, основатель компании Microsoft и предприниматель Билл Гейтс устанавливал лимит на использование компьютера не только для своей дочери, но и для всей семьи. Крис Андерсон, директор компании, разрабатывающей дроны и роботов, установил для пятерых своих детей 12 правил использования гаджетов, среди которых запрет на смартфоны и социальные сети до перехода в старшие классы, а также отсутствие гаджетов в спальне. С 10 лет дети Андерсона могут пользоваться планшетами и ПК не дольше 30 минут в день. Основатель Blogger и Twitter Эван Уильямс приучает своих детей к бумажным книгам — их они могут читать, сколько угодно. А вот планшеты и смартфоны у них под строгим присмотром. 

В самой Силиконовой долине престижной считается школа, расположенная  в Лос Альтос, классы которой имеют довольно старомодный вид: доски с цветным мелом, книжные полки с разнообразной литературой, деревянные парты, обычные тетради, ручки, карандаши и краски. Никаких iPad-ов или умных досок — их использование запрещено в классах. Там придерживаются философии обучения через физическую активность и творческие задания

Тем временем, школьное онлайн-образование как нельзя лучше вписывается в современные образовательные стандарты, изложенные, например, в проекте  “Современная цифровая образовательная среда” или в “Стратегии 2025”, которые предполагают по сути полный демонтаж традиционной школы. В основе новой трактовки учебной деятельности  лежит новый подход «ученик – хозяин своего обучения», поэтому, ему будет дана возможность изучать только интересующие его предметы — это назвали “персональной образовательной траекторией”. Главное теперь — не столько обучать ребёнка, сколько учить его учиться. И для этого школа должна давать так называемые «мягкие» навыки (soft skills). 

Современные образовательные стандарты закономерно нивелируют дисциплинарную, обучающую и воспитательную функцию учителя — ему отводят роль виртуального тьютора, а также изменяют наше представление том, что составляет качественное образование. Отныне образование становится услугой, знание заменяют «мягкие» навыки и компетенции, понимание — информированность, а синонимом глагола “думать” становится слово “гуглить”… Считаете, что подобные трансформации создадут благоприятную среду для взращивания поколения аутистов,  необременённых интеллектом, но обладающих «мягкими» навыками? Получите свой ярлык ретрограда, луддита и отсталого консерватора. 

В образовательных кулуарах подобные перспективы вызывают особую обеспокоенность. В частности, учитывая, что рано или поздно вирус “выветрится”, а локдауны прекратятся, дистанционка может рассматриваться чиновниками, как возможность экономии на содержании, например, малокомплектных  школ. Онлайн-обучение как раз позволяет свести малочисленные классы воедино, попутно сокращая штат учителей.  Тогда как повсеместное внедрение дистанционного обучения может стать для отечественной системы образования тем ударом, который отправит её, и без того “отоптимизированную” и “отреформированную”, в состояние нокаута.  

Между тем, большинство родителей и педагогов видят будущее российских школ за сохранением всех достоинств традиционного подхода к обучению с возможностью адекватной интеграции современных форматов онлайн-обучения. 

Подписывайтесь на LIVE24.RU в Google NewsЯндекс.Новости и на наш канал в Яндекс.Дзен, следите за главными новостями России и Мира в telegram-канале LIVE24.RU.


Больше по теме
  • Запись о регистрации СМИ:
    ЭЛ № ФС 77 - 74986 выдано Роскомнадзором 19.02.2019 г.
  • Запись о регистрации информационного агентства:
    ИА № ФС 77 - 74985 выдано Роскомнадзором 19.02.2019г.
  • Учредитель:
    ООО «ЛАЙВ24», ИНН 4632247680
  • Главный редактор:
    Новиков Михаил Владимирович
  • Адрес электронной почты редакции:
    info@live24.ru
  • Телефон редакции:
    +7 (4712) 55-10-24
В сетевом издании LIVE24 размещены материалы информационного агентства LIVE24.
Некоторые материалы содержат стоковые изображения от Depositphotos, Pixabay, АГН Москва
18

В России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа»,«Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры»,«Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля», АУЕ. Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».

Организации, СМИ и физические лица, признанные в России иностранными агентами: "Голос Америки" "Idel.Реалии" "Фактограф" "Север.Реалии" Общество с ограниченной ответственностью "Радио Свободная Европа/Радио Свобода" Чешское информационное агентство "MEDIUM-ORIENT" Пономарев Лев Александрович Савицкая Людмила Алексеевна Маркелов Сергей Евгеньевич Камалягин Денис Николаевич Апахончич Дарья Александровна «Medusa Project» Общество с ограниченной ответственностью «Первое антикоррупционное СМИ» «VTimes.io» Баданин Роман Сергеевич Гликин Максим Александрович Маняхин Петр Борисович Ярош Юлия Петровна Чуракова Ольга Владимировна Железнова Мария Михайловна Лукьянова Юлия Сергеевна Маетная Елизавета Витальевна «The Insider» Рубин Михаил Аркадьевич Гройсман Софья Романовна Рождественский Илья Дмитриевич Апухтина Юлия Владимировна Постернак Алексей Евгеньевич Общество с ограниченной ответственностью Телеканал Дождь Петров Степан Юрьевич Юридическое лицо Istories fonds Шмагун Олеся Валентиновна Мароховская Алеся Алексеевна Долинина Ирина Николаевна Шлейнов Роман Юрьевич Анин Роман Александрович Великовский Дмитрий Александрович Общество с ограниченной ответственностью «Альтаир 2021» Общество с ограниченной ответственностью «Ромашки монолит» Общество с ограниченной ответственностью «Главный редактор 2021» Общество с ограниченной ответственностью «Вега 2021» Общество с ограниченной ответственностью «Важные иноагенты» Каткова Вероника Вячеславовна Карезина Инна Павловна Кузьмина Людмила Гавриловна Костылева Полина Владимировна Лютов Александр Иванович Жилкин Владимир Владимирович Жилинский Владимир Александрович Тихонов Михаил Сергеевич Пискунов Сергей Евгеньевич Ковин Виталий Сергеевич Кильтау Екатерина Викторовна Любарев Аркадий Ефимович Гурман Юрий Альбертович Грезев Александр Викторович Важенков Артем Валерьевич Иванова София Юрьевна Пигалкин Илья Валерьевич Петров Алексей Викторович Егоров Владимир Владимирович Гусев Андрей Юрьевич Смирнов Сергей Сергеевич Верзилов Петр Юрьевич Общество с ограниченной ответственностью «ЗП» Общество с ограниченной ответственностью «Зона права» Общество с ограниченной ответственностью «ЖУРНАЛИСТ-ИНОСТРАННЫЙ АГЕНТ» Вольтская Татьяна Анатольевна Клепиковская Екатерина Дмитриевна Сотников Даниил Владимирович Захаров Андрей Вячеславович Симонов Евгений Алексеевич Сурначева Елизавета Дмитриевна Соловьева Елена Анатольевна Арапова Галина Юрьевна Перл Роман Александрович Общество с ограниченной ответственностью «МЕМО» Американская компания «Mason G.E.S. Anonymous Foundation» (США) Компания «Stichting Bellingcat» Автономная некоммерческая организация по защите прав человека и информированию населения «Якутия – Наше Мнение» Общество с ограниченной ответственностью «Москоу диджитал медиа» Акционерное общество «РС-Балт», Левада-Центр


© ООО ЛАЙВ24.
Наверх